Стивен Кинг. Оно-2 -
11 >
на эту троицу со смешанным выражением удивления и внимания, сидел Бен
Хэнском.
Билл поднял руку к голове, как бы пригладить волосы, которые должны
были появиться словно по волшебству, - свои прекрасные рыжие волосы, которые
он начал терять, когда учился в колледже.
Это рассеяло иллюзию. У Ричи теперь не было очков. Наверное, контактные
линзы, он всегда ненавидел свои очки, - подумал Билл. Короткие штанишки и
детскую рубашку сменил костюм явно от хорошего портного.
Беверли Марш (если, конечно, ее фамилия все еще Марш) стала ошеломляюще
красивой женщиной. Вместо привычного хвостика ее волосы, почти такого же
цвета, как когда-то его собственные, ниспадали волнами на ослепительно белую
блузку. В полусвете блузка служила красивой оправой для ее почти янтарных
волос. При дневном свете, - думал Билл, - они должны гореть огнем. И он
представил себе, что можно почувствовать, если запустить пальцы в эти волосы
и перебирать их. Старая, как мир история, - подумал он, - я люблю свою жену,
но Боже мой...
Эдди - удивительно, но правда, - вырос и стал немного похож на Энтони
Перкинса. Преждевременные морщины на его лице (хотя в движениях он выглядел
моложе и Ричи и Вена) делали его старше, что усиливалось очками; такие очки,
верно, можно было увидеть на лице какого-нибудь английского адвоката, когда
он подходит к скамье подсудимых. Волосы его были коротко подстрижены по моде
конца 50-х - начала 60-х годов. На нем была куртка в широкую клетку,
казалось, вытащенная откуда-то с распродажи подержанных вещей, как у
временно безработного... но часы на запястье были Патек Филипп, а на мизинце
правой руки было кольцо с рубином. Большой камень выглядел вульгарно, тем не
менее он был настоящим.
Один Бен очень изменился. И глядя на него Билл снова почувствовал