Стивен Кинг. Оно-2 -
24 >
аспиратором.
Дело в том, - думал Билл, - что Майк собирается вот-вот заговорить, а я
не уверен, что хочу выслушать, что он скажет. Дело в том, что сердце и так
бьется быстрее, чем мне хотелось бы, а руки уже слишком холодны. Дело в том,
что уже двадцать пять лет я так не боялся. Да и все остальные. Лучше
говорить о чем-то другом. Лучше говорить о карьере и что вы рады встретиться
со старыми друзьями, лучше говорить о сексе, о бейсболе, о ценах кй бензин,
о будущем пакте о ненападении. О чем угодно, но только не о том, ради чего
мы собрались. Говорите же, говорите!
Кто-то начал. Эдди Каспбрак. Но он начал говорить не о том, кто таков
Тэдди Кеннеди, и не о том, сколько дает на чай Рэдфорд, он спросил Майка,
когда умер Стэн Урис.
- Позавчера ночью, - сказал Майк, - когда я стал звонить.
- Это как-то связано с тем, из-за чего мы здесь?
- Мне самому хотелось бы знать, но так как он не оставил записки, никто
не может быть в этом уверен, - ответил Майк. - Но так как это случилось
сразу же после моего звонка, такое предположение вполне основательно.
- Он убил себя, не так ли? - спросила Беверли. - О, Боже, бедный Стэн.
Остальные смотрели на Майка, который закончил пить и сказал:
- Да, он покончил жизнь самоубийством. Сразу же после того, как я
позвонил, он пошел в ванную, набрал воды, залез в нее и вскрыл себе вены.
Билл посмотрел вниз, ему казалось, что вокруг него сидят одни только
лица, лица без тел, бледные лица, как круги, белые круги. Как белые
воздушные шарики, шарылуны, связанные старым обещанием, которое длится так
долго.
- А как ты обнаружил это? - спросил Ричи. - Здешние газеты сообщили?
- Нет, но с некоторых пор я подписываюсь на газеты тех городов, в
которых вы живете. У меня целы подписки за несколько лет.