Библиотека Кинга

23 >

к лагерю трех пилигримов.
     Медведь, которого по-настоящему звали не Мьяром, а совершенно  иначе,
продирался через лес точно некое подвижное сооружение,  косматая  башня  с
красновато-коричневыми  глазками.  В  этих  глазах  тлело  безумие  и  жар
лихорадки. Огромная голова, одетая гирляндой сломанных веток и  облетевшей
хвои, безостановочно вертелась из стороны в сторону. То и дело  раздавался
приглушенный акустический взрыв - АП-ЧХИ!  -  зверь  чихал,  и  из  мокрых
ноздрей  летели  тучи  корчащихся  белых  паразитов.   Лапы,   вооруженные
трехфутовыми  кривыми  когтями,  раздирали  древесные  стволы.   Он   шел,
поднявшись на дыбы,  продавливая  в  мягкой  черной  почве  под  деревьями
глубокие следы. От него едко пахло свежей смолой  и  застарелым,  закисшим
дерьмом.
     Штука у него  на  макушке  жужжала  и  поскрипывала,  поскрипывала  и
жужжала.
     Курс медведя оставался почти неизменным: прямая, которая должна  была
привести к становищу тех, кто дерзнул вернуться в его лес,  кто  посмел  с
недавних пор наполнить его голову тягостной, неведомой, мучительной болью.
Древнее ли это племя, новое ли, оно погибнет. Порой, завидев сухое дерево,
он довольно далеко отклонялся от прямой  дороги,  чтобы  повалить  мертвый
ствол. Оглушительный треск падения - сухой, взрывной - тешил зверя;  когда
в конце концов дерево во всю свою прогнившую длину растягивалось на лесной
подстилке или застревало, привалясь к одному из сородичей, медведь  спешил
дальше в  наклонно  падающих  снопах  солнечного  света,  помутневшего  от
носившейся в воздухе древесной пыли.



3

     Двумя днями раньше Эдди Дийн  вновь  занялся  резьбой  по  дереву.  В
последний раз он пробовал что-то вырезать, когда ему было двенадцать. Эдди
помнил, что в свое время любил и, кажется, неплохо умел резать по  дереву.

Следующая

23 >