Стивен Кинг. Темная башня-3: Бесплодные земли -
47 >
время поляна эта, открывающаяся в долину, не годилась бы для стоянки, но
сейчас подходила как нельзя лучше. В мире Роланда еще стояло позднее лето.
Над головой чернел высокий свод небес, испещренный, казалось, целыми
галактиками. Впереди, почти точно на юге, за рекой тьмы - долиной - Эдди
была видна встающая из-за далекого невидимого горизонта Праматерь. Он
поглядел на Роланда. Стрелок, нахохлившись, сидел у огня, завернутый,
несмотря на теплую ночь и жар костра, в оленьи шкуры. Рядом с ним стояла
миска с нетронутой едой, а в руках Роланд бережно держал человеческую
кость. Эдди опять устремил взгляд на небо, и ему вспомнилась история,
рассказанная им с Сюзанной стрелком в один из тех долгих дней, что они
провели в пути, удаляясь от берега моря и пробираясь через предгорья, пока
наконец не очутились в этой дремучей чаще, где нашли временное пристанище.
До сотворения мира, рассказывал Роланд, Древняя Звезда и Праматерь,
юные и страстные, заключили брачный союз. Потом в один прекрасный день они
страшно повздорили. Праматерь (известная в те стародавние времена под
своим настоящим именем, Лидия) застигла супруга (прозывавшегося на самом
деле Апоном), когда тот крутился подле младой красавицы Кассиопеи. У
парочки случился отменный скандал - с тасканьем за волосы, выцарапываньем
глаз и битьем посуды. Осколок одного из пущенных разгневанной рукою
горшков стал землей, черепок поменьше - луной, уголек же из кухонного
очага - солнцем. В конце концов, дабы Лидия с Апоном в своей ярости не
уничтожили вселенную прежде, чем та должным образом начнет свое
существование, вмешались боги. Дерзкую негодницу Кассиопею, главную
виновницу всех бед ("Угу-угу, конечно, всегда виновата женщина", -
заметила тут Сюзанна), навечно сослали в звездную колесницу. Однако даже