Стивен Кинг. Сердца в Атлантиде -
93 >
задумчивой улыбкой, затем сунул руку в карман и извлек горсть мелочи.
- Неплохо, сынок. Мой первый проигрыш за день. То есть когда я не
позволил себя побить. - Он взял четвертак и пятицентовик и положил их рядом
с пятицентовиками Бобби. - Дашь им ходу? - Он заметил, что Бобби его не
понял. - Хочешь сыграть еще раз?
- Можно? - спросил Бобби у Аниты Гербер.
- Разве ты не хочешь кончить, пока ты в выигрыше? - спросила она, но
глаза у нее блестели, и она как будто совсем забыла про заторы на шоссе.
- Я и кончу, когда буду в выигрыше, - заверил он ее. Маккуон засмеялся.
- А малый-то хвастунишка. Еще пять лет ему ждать, чтобы усы пробились,
а уже бахвалится. Ну ладно, Бобби-Бахвал, что скажешь? Сыграем?
- А как же! - сказал Бобби. Если бы в хвастовстве его обвинили Кэрол с
Салл-Джоном, он бы возмутился - все его герои, начиная от Джона Уэйна и до
Лаки Старра из "Космического патруля", все были очень скромными - из тех,
кто говорит "плевое дело", спасая планету или фургон с переселенцами. Но он
не считал нужным оправдываться перед мистером Маккуоном, который был низким
человеком в голубых шортах, а может, и карточным шулером. Бобби меньше всего
думал хвастать. И не думал, что эта игра похожа на неполные черты его отца.
Неполные стерты были только надеждой на авось - "покер для дураков", если
верить Чарли Йермену, школьному сторожу, который был просто счастлив
рассказать Бобби про покер все, чего не знали Салл-Джон и Денни Риверс, - а
тут никаких догадок не требовалось.
Мистер Маккуон еще некоторое время смотрел на него - невозмутимость
Бобби, казалось, его тревожила. Затем он поднял руку, поправил котелок,
потянулся и пошевелил пальцами, совсем как Кролик Багз, когда он садился за
рояль в Карнеги-Холле в "Веселых мелодиях".