Стивен Кинг, Питер Страуб. Черный дом -
28 >
лежал в городской больнице Ла Ривьера. Среди Чарльзов Бернсайдов, найденных
в результате поиска, не оказалось ни плотников, ни кровельщиков, ни
штукатуров. Алтеи, похоже, вообще не существовало. Чарльз, судя по всему,
относился к тем редким людям, которые проходят по жизни, не платя налоги, не
регистрируясь на избирательных участках для голосования, не обращаясь за
карточкой социального страхования, не открывая банковского счета, не
поступая на военную службу, без водительского удостоверения, не проведя пару
лет на полном государственном обеспечении.
Еще один раунд телефонных звонков привел к тому, что таинственного
Чарльза Бернсайда определили подопечным государства и направили в "Центр
Макстона по уходу за престарелыми" до того, как для него освободится место в
центральной больнице штата в Уайтхолле. "Скорая помощь" привезла Бернсайда в
"Макстон", где, под недовольное бурчание Шустрика, его поместили в отдельную
палату. Все расходы, само собой, оплатил местный бюджет. Место в центральной
больнице освободилось через шесть недель. Шустрику позвонили, чтобы сообщить
об этом, через несколько минут после того, как с утренней почтой он получил
чек из банка Депера, выписанный Алтеей Бернсайд, на содержание Чарльза
Бернсайда в его центре. Адресом Алтеи Бернсайд значился абонентский ящик в
почтовом отделении Депера. Вот Шустрик и ответил сотруднику центральной
больницы, что, выполняя свой гражданский долг, готов и дальше на прежних
условиях держать мистера Бернсайда в "Центре Макстона". Старик, мол, стал
его любимым пациентом. Еще бы, без всяких на то усилий со своей стороны за
содержание Бернсайда Шустрик стал получать в два раза больше.
Следующие шесть лет болезнь Альцгеймера неуклонно прогрессировала. Если
Чарльз Бернсайд ее и симулировал, то делал это виртуозно. С головой у него