Стивен Кинг, Питер Страуб. Черный дом -
39 >
наклонившееся, обветшалое здание, которое грозит обрушиться при первом
порыве ветра. Старый жестяной рекламный щит "Кока-колы" привалился к стене,
изрешеченный пулями. На земле - пустые пивные банки и окурки сигарет с
фильтром. Изнутри доносится мерное громкое гудение многочисленных мух. Нам
хочется подняться в чистый воздух и ретироваться. Дурных впечатлений нам
хватило и около черного дома. Там - гнилое место, но это.., еще хуже.
Еще один признак соскальзывания состоит вот в чем: это ощущение, что
общая ситуация или стала, или в самом ближайшем времени станет хуже.
В полуразрушенном, напоминающем вагон здании, которое мы видим перед
собой, раньше находилось плохо управляемое и отличающееся крайней
антисанитарией предприятие общественного питания. Называлось оно "Закусим у
Эда". Там, за всегда грязным прилавком высился огромный, весом 350 фунтов,
Эд Гилбертсон, предлагавший немногочисленной клиентуре, в основном местным
подросткам, приезжающим на велосипедах, жирные, пережаренные гамбургеры,
сандвичи с майонезом, копченой колбасой и отпечатками своих больших пальцев
и стаканчики мороженого. Давно уже ушедший в мир иной, Эд приходился одним
из многочисленных дядьев Дейлу Гилбертсону, нынешнему шефу полиции
Френч-Лэндинга, и был одной из достопримечательностей города. Его поварской
фартук цветом не сильно отличался от сажи, состояние рук и ногтей повергло
бы в шок любого заезжего санитарного инспектора, кастрюли и сковороды,
вылизывая, чистили исключительно кошки. Под прилавком стояли бачки с
мороженым, тающим от жара гриля. Над головой висели клейкие ленты,
практически полностью залепленные тысячами мушиных трупиков. Пусть с
неохотой, но приходится признавать, что долгие десятилетия в этой точке