Стивен Кинг. Томминокеры -
20 >
был дикий необузданный ветер, гудящий на крыше и свистящий в кронах
деревьев.
Когда она почти уже уснула, ее разбудил Питер. Во сне он выл.
Андерсон в спешке поднялась, недоумевая - Питер и раньше не очень-то
тихо спал (не говоря уж о чудовищно пахнущих собачьих газах), но никогда не
подвывал. Этот звук был похож на крики ребенка, объятого ночным кошмаром.
Роберта вышла в гостиную в одних носках и опустилась на колени перед
собакой, все еще лежавшей на коврике перед печкой.
- Питер, - пробормотала женщина. - Эй, Питер, успокойся. Она легонько
шлепнула пса. Питер вздрогнул и резко отпрянул, когда Андерсон дотронулась
до него, обнажив разрушенные остатки клыков. Затем глаза его открылись -
зрячий и больной, пес, казалось, пришел в себя. Он слабо заскулил и застучал
хвостом по полу.
- С тобой все в порядке? - спросила Андерсон. Питер лизнул ее руку.
- Тогда ложись. И прекрати выть. Это уже надоело. Прекрати
выпендриваться.
Питер улегся и прикрыл глаза. Встревоженная Андерсон опустилась на
колени рядом с ним.
Ему снится та вещь.
Ее рациональный ум отказывался принять подобное, но ночь диктовала свои
правила игры - догадка была верной, и Андерсон осознавала это.
Наконец она улеглась в постель и уснула около 2 часов ночи. Ей снился
необычный сон. В нем она падала в темноту.., пытаясь не найти что-то, а
избавиться от чего-то. Она была в лесу. Ветки хлестали ее по лицу и
цеплялись за руки. Иногда она спотыкалась о корни и поваленные стволы
деревьев. И затем над ее головой блеснул устрашающий луч зеленого цвета. Во
сне она вспомнила "Сердце-обличитель" Эдгара По, в котором безумный
рассказчик пользовался фонарем, затемненным целиком, кроме маленькой