Стивен Кинг. Томминокеры -
56 >
этаже. Если с этим можно бороться, то Бобби Андерсон делала это по мере сил.
Раскат грома просто разорвал небо пополам.
Питер соскочил с колен. И тут-то ей ударил в нос резкий запах.
- Почему ты не слез вовремя на пол, а, Питер?
Питер смущенно осклабился, как бы говоря: знаю, знаю, уж, пожалуйста,
не ругай меня.
Ветер усиливался. Начались перебои с электричеством, верный признак
того, что Роберте Андерсон, как и всем в округе, придется распрощаться с
достижениями цивилизации.., по крайней мере до трех-четырех часов утра.
Андерсон отложила чтение и обняла собаку за шею. Она ничего не имела против
летних гроз и зимних штормов. Ей нравилось буйство стихий, ослепительный
свет, грохот и их неумолимая слепая сила, действующая, однако, во благо. Она
чувствовала неясное воодушевление, когда вдыхала свежий, наэлектризованный
воздух, когда ветер развевал ее волосы и хлестал тело.
Она вспомнила давнее объяснение с Джимом Гарденером. Гард был
мягкотелым размазней (ему бы только забиться в безопасную норку), любое
напоминание о несчастном случае, жертвой которого он был в юности, повергало
его в ужас. Гарденер как-то рассказал ей, как его дернуло током, когда он
менял лампочку; он дотронулся до оголенного провода. Но это еще не все: дело
в том, что неделю спустя он стал слышать музыку, голоса и сводки новостей,
как будто у него в голове был радиоприемник. Он, казалось, тронулся умом. На
четвертый день он даже мог определить название станции, позывные которой он
принимал. Он записал названия трех песен и запросил радиостанцию,
действительно ли они транслировали эти песни. И все оказалось верно.
На пятый день, как он рассказывал, сигналы стали слабеть и двумя днями
позже исчезли вообще.
- Они звучали здесь, - говорил он, мягко кладя ее руку на левую часть