Стивен Кинг. Ловец снов -
28 >
А Генри сидит, не двигаясь, прислушиваясь к топоту целого стада бизонов
в облике всего одного человека. Барри Ньюмена. Вторая комната пуста: у него
нет секретаря, и с бегством Барри трудовая неделя окончена. Что ж, все к
лучшему. Ну и влип же он!
Генри подходит к дивану и ложится.
- Доктор, - говорит он, - я опарафинился по полной программе.
- Как это случилось, Генри?
- Сказал пациенту правду.
- Но разве истина не делает нас свободными, Генри?
- Нет, - отвечает он себе, глядя в потолок. - Ни в малейшей степени.
- Закрой глаза, Генри.
- Хорошо, доктор.
Он закрывает глаза. Комнату вытесняет мрак, и это хорошо. Тьма стала
его подружкой. Завтра он встретится с остальными друзьями (по крайней мере с
тремя), и свет вновь покажется добрым. Но сейчас.., сейчас...
- Доктор?
- Да, Генри?
- Это типичный случай, именуемый "день другой, дерьмо все то же". Вам
это известно?
- Что это значит, Генри? Что это значит для тебя?
- Все, - шепчет он, не открывая глаз, и тут же добавляет:
- Ничего.
Но это вранье. И далеко не первое, сказанное им здесь.
Назавтра все четверо едут в "Дыру в стене", а впереди потрясные восемь
дней. Великим охотничьим экспедициям грядет конец, хотя никто, разумеется,
об этом не подозревает. До наступления настоящей тьмы еще несколько лет, но
она близится.
Тьма близится.
Нам не дано знать, каким дням и событиям суждено изменить нашу жизнь.
Может, это к лучшему. В день, который необратимо изменит его собственную,
Джоунси сидит в своем кабинете на третьем этаже "Джон Джей колледж", глядя в
окно на крохотный ломтик Бостона и думая о том, как не прав был Т.С. Эллиот,
назвав апрель самым беспощадным месяцем, и всего лишь потому, что
