Стивен Кинг. Мареновая роза -
11 >
в порядке. Ты родишь девочку. Или, может быть, милого маленького мальчика.
Пол не имеет значения, ты согласна? Если родишь мальчика, мы купим ему
маленькую бейсбольную форму. Если девочку... - Он делает неопределенный
жест. - Наверное, чепчик или еще что-нибудь. Вот увидишь. Так и будет. - Он
улыбается, и от этой улыбки вдруг хочется кричать. Словно она увидела, как
расплываются в усмешке синие губы лежащего в гробу покойника. - Если ты не
станешь злить меня, все будет прекрасно. Намотай это себе на ус, милая.
Затем он открывает дверь и впускает в дом санитаров скорой помощи,
говоря им, чтобы поторопились, что жена истекает кровью. Она закрывает глаза
и слышит, как
они приближаются к ней; не желает дать им возможность заглянуть в нее,
старается сделать так, чтобы их голоса звучали вдали.
"Не волнуйся, Роуз, не переживай, это сущий пустяк, всего лишь
недоразвитый зародыш, ты можешь родить другого ребенка".
Игла впивается в руку, затем ее поднимают с пола. Не открывая глаз, она
думает: "Что ж, наверное, все действительно в полном порядке. Пожалуй, я
{могу} родить другого ребенка. Родить, а потом увезти его туда, куда он не
доберется. Куда не дотянутся руки убийцы".
Но проходит время, и желание покинуть мужа - ни разу не высказанное
вслух и даже не произнесенное мысленно - постепенно ослабевает, ускользая
вместо с восприятием реального бодрствующего мира. Она погружается в сон;
постепенно не остается ничего, кроме мира сновидений и грез, - сновидений,
похожих на те, какие видела в детстве, когда ей снилось, что бежала, бежала,
не разбирая дороги, словно в лесу или тенистом лабиринте, слыша за спиной
топот копыт неведомого огромного животного, страшного дикого существа,
которое приближалось, догоняло и в конце концов настигало, сколько бы раз