Стивен Кинг. Мареновая роза -
76 >
скажешь на мое предложение, дружок?
Мужчина с усиками не знал, ни что сказать, ни что подумать. Его
охватило очень неприятное предчувствие. {Крайне} неприятное. Между тем
пальцы копа продолжали сжимать и отпускать упругий теннисный шарик- раз-два,
раз-два, раз-два. Просто потрясающе, неужели он до сих пор не устал?
- Тебя зовут Рамон Сандерс, - сказал полицейский по фамилии Дэниеле. -
За тобой тянется список грехов размером с мою руку. Воровство,
мошенничество, наркотики и все такое прочее. Все, кроме нападений, избиения,
- преступлений такого рода. Ты не вмешиваешься в подобные делишки, правда?
Это не твоя стихия. Вам, педикам, не нравится, когда вас бьют. Даже тем,
которые по виду не уступают Шварценеггеру. Да что там, они даже не прочь
походить в майке, чтобы сверкнуть бицепсами перед лимузином,
останавливающимся у дверей респектабельного клуба для гомиков, но если
кто-то начинает всерьез размахивать кулаками, вы, ребятки, тут же сматываете
удочки. Я прав?
Рамон Сандерс промолчал. Ему казалось, что это самое разумное решение.
- А вот я люблю бить, - признался полицейский Норман Дэниеле. - Даже
ногами. И даже кусаться. - Он говорил почти задумчивым тоном. Казалось,
глядел на немецкую овчарку, медленно трусившую с пластмассовой тарелочкой в
зубах. - Что на это скажешь, ангельские глазки?
Рамон снова счел за лучшее промолчать. Он старался сохранить на лице
невозмутимое выражение, не целая россыпь маленьких лампочек в его мозгу
загорелась ярко-красным светом, и озноб испуга распространился по телу,
пробираясь по волокнам разветвленной нервной системы. Его сердце колотилось
все быстрее и быстрее, набирая скорость, как поезд, покинувший станцию
отправления и оказавшийся за пределами города, в открытой безлюдной